<< К предыдущему материалуК следующему материалу >>

 

Памяти преподобномученика
Игнатия (Лебедева) (1938)

 

Будущий схиархимандрит Александр Александрович Лебедев родился в 1884 году в интеллигентной благочестивой семье надворного советника Костромской губернии. Александр любил музыку, сам учился и играл на скрипке, увлекался астрономией. В 1903 году окончил Костромскую Духовную семинарию и поступил в Казанский ветеринарный институт. В Казани примкнул к кружку церковной молодежи, сосредоточенному вокруг старца Седмиезерной пустыни схиархимандрита Гавриила (Зырянова), под влиянием которого возрастал духовно, и который наставил его на иноческий путь.

Летом 1905 года Александр получил у родителей благословение на иноческий путь. После этого он посетил Свято-Смоленскую Зосимову пустынь, расположенную неподалеку от Троице-Сергиевой Лавры, и попросил настоятеля обители игумена Германа (Гомзина) принять его в число братии, но отец Герман благословил юношу сначала окончить институт, а затем приезжать в обитель. За послушание Александр вернулся в Казань для продолжения образования.

Сдав последние экзамены в институте, не дожидаясь получения диплома и не заезжая к родителям, Александр отправился в Зосимову пустынь. Игумен Герман, принимая его в обитель, сказал: «Вы исполнили послушание — окончили институт, и мы исполним наше слово — примем вас в число братии». В Зосимовой пустыни, куда поступил Александр, его духовная жизнь основывалась на всецелом послушании отцу Герману. Первым послушанием Александра стало уход за скотом. В дальнейшем были различные послушания: пение на клиросе, работа в аптеке, полевые работы, уборка лошадей и конюшен, послушание в просфорне. Большую часть свободного времени Александр употреблял на чтение Святых отцов.

В Великую Среду 1915 года Александр был пострижен в мантию с именем Агафон. Перед исповедью отец Герман сказал постригаемому: «Если хочешь, чтобы я тебя принял, так вот тебе мои заповеди; если согласишься их выполнить, то я приму тебя». — «Я, конечно, согласился, — вспоминал Александр. — Заповеди: 1) не ездить на станцию, 2) не выходить без дела за ворота, 3) не читать газеты, 4) не празднословить». Вскоре после пострига отец Агафон тяжело заболел гриппом, который осложнился энцефалитом. Последствия этой болезни в виде паркинсонизма остались у него на всю жизнь. В это время кроме обычных своих послушаний он исполнял обязанности письмоводителя при игумене.

В 1923 году Зосимова Пустынь была закрыта, и отец Агафон по благословению преподобного старца Алексия переехал на жительство в Москву. Вскоре он был возведен в сан архимандрита и назначен наместником Высоко-Петровского монастыря. Вокруг него сложился круг духовных детей, сердцевину которого составляли юноши и девушки, решившие всецело посвятить себя Богу. Он привлекал их своим даром проникать в души людей, снимать с них, по его выражению, «ржавые засовы». Батюшка по своей болезненности принимал народ сидя в маленьком креслице, слегка откинувшись назад (в первые годы своей болезни, потом он стал согбенным). Обладая слабым здоровьем, отец Агафон совершал литургию только в воскресные дни.

Духовная дочь отца Агафона схимонахиня Игнатия (Пузик) вспоминала впоследствии: «Основой духовного руководства, особенно для идущих по монашескому пути, было искреннее, всестороннее, без утайки откровение всех своих поступков, мыслей и даже начатков этих мыслей. Только после этого откровения батюшка принимал душу и вел ее. Батюшка считал важным, чтоб мы следили за своими чувствами, мыслями, поступками, за своей душой, чтобы, начиная с того момента, как мы встали, мы отдавали себе отчет в том, что было не как должно. Приходящий к старцу должен был говорить все, что он переживает, называть вещи своими именами, пусть эти помыслы были некрасивые и пусть было очень трудно их исповедовать. Но чем бывало труднее исповедовать, тем батюшка серьезней становился. Некоторым он говорил: «Я могу хоть день сидеть, слушать, как ты доберешься до главного. Вот ты показала наружность-то, а серединку-то не показала. Орешек надо расколоть, показать, что в орешке, а не только снаружи — скорлупку показать». Если не было возможности рассказать отцу весь свой день, мы должны были записать все свои поступки и движения сердца. Иногда это не была настоящая вражда или настоящий грех, а было только мысленное приражение: «Такой-то смутил, на того-то подумала, тем-то огорчилась, на того-то посмотрела не так». Как встал, как помолился, как пошел, где рассердился, где покричал — все нужно было писать.

Батюшка требовал очень усердного исполнения послушания в церкви, у кого оно было, требовал не только честного, но даже ревностного отношения к светским служебным обязанностям, вменяя их во святое послушание. И жизнь наполнялась до краев. Протекая в тех же внешних формах, она получала вдруг иное содержание, все делалось теперь уже во имя Бога и ради Бога — так учил батюшка. Не было великих и малых дел, так как во всем батюшка учил хранить свою совесть. Он не мог спокойно относиться к тому, когда люди делали что-то спустя рукава, и любил во всем порядок...»

С 1926 года отец Агафон начал тайно постригать своих духовных дочерей в монашество. Так братия Высоко-Петровского монастыря незаметно для большинства молящихся стала пополняться иноками и инокинями — юношами и девушками, постригаемыми уже тайно. Они оставались на своей мирской, «советской» работе или учебе, что входило в их монашеское послушание, и одновременно под руководством старцев постигали основы духовной жизни. Так, по выражению схимонахини Игнатии, Высоко-Петровский монастырь стал «пустыней в столице».

Рождественским постом 1929 г. батюшка почувствовал себя очень плохо. Появилась мысль о возможной смерти и горячее желание исполнить свою заветную мечту о постриге в схиму. Спросили маститого Зосимовского старца о. Митрофана, как он смотрит на постриг. «Ему можно», — ответил тот, хотя знал, что отцу Агафону еще не исполнилось 46 лет. В схиме отец Агафон был наречен именем Игнатий.

Весной 1935 года он будет арестован и, несмотря на тяжелую болезнь, приговорен к пяти годам лагерей. Этого срока отец Игнатий не переживет. В день Усекновения главы Иоанна Предтечи 1938 года он умрет в инвалидном лагере под городом Алaтырь (Чувашская АССР) от пеллагры и сердечной недостаточности.

Отец Игнатий прославлен в соборе новомучеников и исповедников Российских в 2000 году.

 

По материалам книги схимонахини Игнатии (Пузик)
«Старчество в годы гонений»

 

 

Вернуться на главную страницу спецпроекта «Дорога к Храму»

<< К предыдущему материалуК следующему материалу >>