<< К предыдущему материалуК следующему материалу >>

 

We came home: мы пришли домой

 

Протоиерей Георгий Джонсон 
и матушка ДебораЛетом 2009 года, на всенощной в храме во имя святых Царственных Страстотерпцев, что при Саратовском государственном университете, все шло как обычно — до того момента, когда после «Ныне отпущаеши» из алтаря вышел высокий темноволосый чтец и повернулся, как положено, на восток, чтобы читать Трисвятое. Чтец был новый, но не это привлекло внимание прихожан, а зазвучавшие в тишине храма слова:

— Holy God, Holy Mighty, Holy Immortal, have mercy on us.

«Кто это?» — изумленно спросила меня шепотом стоявшая рядом прихожанка. «Это Джон, он американец», — так же шепотом ответила я. Женщина кивнула и погрузилась в молитву.

— Glory to the Father and to the Son, and to the Holy Spirit both now and ever and unto the ages of ages, — разносилось по храму. Моя соседка, явно не знавшая ни слова по-английски, сосредоточенно крестилась и кланялась в нужных местах — как будто все понимала. А я (да и не только я, наверное) в эти минуты по-настоящему ощутила кафоличность, «вселенскость» Православия...

В тот вечер чтецом у нас был Джон Свенсен. Он несет послушание чтеца в храме во имя Святых апостолов в Белтсвилле, штат Мэриленд. Приход принадлежит Русской Православной Церкви Заграницей. Тогда Джон приезжал в Россию к своей невесте Елене Светалкиной, регенту нашего храма. Весной 2010 года Джон и Лена обвенчались.

Теперь они живут в Потомаке. В августе Джон и Елена Свенсен приезжали в Саратов. Я попросила их рассказать о жизни американского православного прихода. И еще мне хотелось понять: как американцы приходят к Православию?

 

* * *

 

Мы беседуем в библиотеке при университетском храме, и я задаю Джону этот вопрос.

— У каждого свой путь, — говорит Джон. — Наш настоятель, отец Георгий (Джордж) Джонсон, и его жена, матушка Дебора, раньше были протестантами. Они высокообразованные люди, профессиональные музыканты: специальность матушки Деборы — фортепиано, отец Георгий — композитор. Однажды они пришли на всенощную в православный храм Святого Иоанна Предтечи в Вашингтоне. Через десять минут они поняли, что останутся в Православной Церкви навсегда.

Переломному моменту предшествовал длительный духовный поиск, о котором прекрасно рассказал сам отец Георгий на англоязычной версии сайта «Православие и мир». Он и матушка Дебора долго искали истинную веру. Уйдя из баптистской среды, в которой родились, в Англиканскую Церковь, они не смогли и здесь утолить духовную жажду. И продолжали искать, читали очень много религиозной литературы. Потрясающее впечатление произвела на них книга о русских новомучениках ХХ века.

— Отец Георгий создал переводы русской духовной музыки на английский язык, — говорит Елена. — Это титанический труд, несколько томов по двести страниц каждый. Он работает над этим почти двадцать лет. Теперь я имею честь помогать ему в его трудах как музыкант. Музыка отца Георгия находит признание в православных хорах в Англии. Когда недавно он принес мне свою новую «Милость мира» (регенты меня поймут), я была поражена. «Отец Георгий, — сказала я ему, — это очень русская музыка». «Нет, — возразил он, — это очень английская музыка». Мы точно живем в эпоху, когда Православие объединяет весь мир.

Путь самого Джона был тоже непростым. Еще в юности он, изучая во Франции историю искусств, был поражен красотой православных икон. Он стал задумываться над тем, каким христианство было до Лютера, до Кальвина. В девятнадцать лет, уже в США, зашел в греческую православную церковь, чтобы купить икону в подарок другу... — ...и провел там три часа. Шла служба, и мне как будто вспоминалось что-то такое, что я знал в далеком детстве, а потом забыл. Я сразу почувствовал, что мне надо быть здесь, что я пришел домой.

Джон хотел принять Православие. Но против этого категорически высказалась его мама — убежденная протестантка: «Нам не нужно греков в нашей семье!» В Америке — многонациональной стране, созданной иммигрантами, — принадлежность к той или иной религии в какой-то степени еще и способ сохранения национальной идентичности: греки ходят в греческую церковь, румыны — в румынскую. Род Свенсенов издавна живет в США; корни его — скандинавские, поэтому Свенсенам как бы «положено» быть протестантами.

— И я послушал маму больше, чем Бога, — говорит Джон с долей самоиронии.

После этого он отправился учиться в протестантский университет пятидесятников в Бостоне. Увлекла его туда не вера, а дружба. Джон близко сошелся с молодым пятидесятническим проповедником: «Он был мне тогда как старший брат». Но разочарование в пятидесятничестве наступило довольно скоро:

— Я слышал там много глупостей. К примеру, нам говорили: «Если у вас есть вера, вы никогда не заболеете» или «Если вы глубоко верите в Бога, Бог пошлет вам богатство».

Плоская апология земного успеха, равно как и потребительское отношение к религии не казались думающему молодому американцу ни убедительными, ни истинно евангельскими.

Джон принял Таинство Крещения в Антиохийской Автокефальной Церкви. Но кое-что здесь воспринималось им как проявление модернизма. К примеру, то, что прихожане во время службы сидят. «Я искал большей верности традициям», — говорит Джон. Да обратят на это внимание те русские, которые сетуют на излишнюю строгость и нелиберальность Православия: американец стремился именно к строгой, требовательной Церкви, сохранившей во всей чистоте апостольскую веру и апостольские установления. Все это он обрел в Русской Православной Церкви Заграницей.

Близкий друг Джона Роберт Шиллен, в крещении Кирилл, также прихожанин храма Святых апостолов, был когда-то католическим священником. Потом разочаровался в католицизме и отошел от религии. Однажды он из любопытства зашел во время службы в православный храм и уже не мог забыть пение, по его словам, простое и очень умилительное. Принимая Таинство Крещения, он выбрал имя в честь святого равноапостольного Кирилла, просветителя славян. Теперь Кирилл — постоянный певчий храма Святых апостолов. А вообще-то он переводчик-синхронист: переводит речи иностранных дипломатов, послов, других vip-персон. Его родной язык — английский, и он совершенно свободно владеет еще шестью: французским, испанским, немецким, русским, греческим, латынью. Сейчас усиленно учит китайский. Перед началом Пасхальной утрени прихожане храма Святых апостолов читают Деяния на 15 языках: на сербском, на японском... Причем по-японски читает юная американка, студентка София. В своем колледже она изучает совсем другие предметы, а японский язык — это так, хобби.

А у жениха Софии, 27-летнего Питера, «хобби» — церковный устав. Никто лучше него не знает уставных подробностей, чинопоследований богослужений, церковной истории. «Необыкновенно начитанный человек», — говорит о нем Лена. Еще Питер прекрасно поет в церковном хоре. Работает он инженером в НАСА. Переход в Православие поставил его перед воистину евангельской остротой выбора: Кто любит отца или мать более, нежели Меня, недостоин Меня (Мф. 10, 37). Родители Питера, стопроцентные американцы, были настолько против его православного Крещения, что Питеру пришлось отделиться от них.

Кафедральный собор Иоанна Предтечи (Вашингтон)Примечательная особенность: в Америке к Православию приходят чаще всего интеллектуалы. Православие выбирают люди, у которых есть внутренняя культура, вкус к сложности, а не к упрощению. Их выбор — это результат напряженных раздумий, поисков истины, изучения истории христианства.

По словам Лены, Православие в США — самая быстрорастущая конфессия. Конечно, оговаривается она, точных статистических данных у нее нет, но таковы ее впечатления, основанные на участии в жизни американской православной общины.

Приход храма во имя Святых апостолов был основан в 2001 году. Он изначально создавался как миссионерский, для проповеди Православия на американской земле, поэтому службы здесь — только на английском языке. В общине около пятидесяти человек разного этнического происхождения. Почти все — «конверты» (от английского «convert»), то есть люди, перешедшие в Православие, а не родившиеся в православных семьях. Лена приводит слова матушки Деборы Джонсон: «Святитель Иоанн Сан-Францисский (Максимович) говорил, что целью русского рассеяния было распространение Православия по всему миру. Мы чувствуем, что, став православными, должны нести веру нашему народу здесь, в США».

Говоря о православной Америке, нельзя не вспомнить отца Серафима (Роуза): по словам Елены, все разговоры меж православными американцами, независимо от их происхождения, приводят к нему. Человек, выросший в типично американской семье, стал для многих православных американцев примером искреннего обращения ко Христу и Его Церкви. Его слова: «I came home» («я пришел домой»), сказанные при первом посещении собора «Всех скорбящих Радосте» в Сан-Франциско, могут повторить многие и многие американцы.

— С нескрываемым любопытством, — говорит Елена, — я спрашивала всех знакомых, пришедших в Православие: «Как же это было?». У каждого была своя история обретения Православной Церкви, но все говорили одно: «Мы пришли домой».

 

Оксана  Гаркавенко, «Православие и современность»,
www.eparhia-saratov.ru

 

 

Неделя 2-я Великого поста
Святителя Григория Паламы,
архиепископа Фессалонитского

 

Во второе воскресенье Великого поста церковь вспоминает одного из великих богословов — святителя Григория Паламу, архиепископа Фессалонитского.

 

Свт. Григорий Палама принадлежит к числу последних византийских богословов и Отцов Церкви, он жил незадолго до падения Константинополя под ударами турок — в конце XIII-начале XIV века.

Лично о святителе Григории известно сравнительно немного. Он был сыном знатных родителей, проживавших в Константинополе. Благодаря родителям получил очень хорошее и разностороннее образование, но государственной службой или ученой карьерой не увлекся, а удалился на св. Гору Афон, где жил долгое время в уединении и безмолвии.

Когда свт. Григорий жил на Афоне, в Церкви появились люди, которые обвиняли афонских иноков в ничегонеделании и в ложном учении о молитве. Предводитель этих хулителей, извергавших потоки брани в адрес насельников Афона, Варлаам Калабрийский всячески издевался над учением афонских монахов об «умной молитве» (молитве, совершаемой в самых глубинах человеческой личности, движимой сердцем и запечатлеваемой умом) и об исихии — внутреннем безмолвии, которое является условием подлинного общения с Богом. С издевкой Варлаам и его единомышленники называли Григория Паламу и братию афонских монастырей «исихастами». Именно это наименование, но уже не издевательское, а благоговейное и почтительное, и закрепилось за сторонниками афонского учения о молитве и духовной жизни христианина. Сам свт. Григорий без устали обличал неправоту Варлаама и полное согласие афонского учения со Священным Писанием и Преданием Церкви. В поддержку афонитам свт. Григорий Палама написал свой главный труд — «Триады в защиту священно-безмолвствующих».

Известен свт. Григорий Палама также апологией еще одного исконного учения Церкви — о нетварных энергиях Божиих. Свт. Григорий утверждал, что Сам Бог являет Себя мiру и человеку в Своих энергиях; что энергии Бога — это не одно из Его творений, а это Он Сам, обращенный к Своему творению.

Закончил свою жизнь св. Григорий Палама в сане архиепископа города Салоники, причем прославился даром исцелений и разнообразными чудесами, совершенными им в этом греческом городе. Скончался св. Григорий Палама около 1360 года.

Уже в XX веке в богословских и исторических исследованиях расцветает своеобразный «паламитский ренессанс». Жизни и трудам свт. Григория Паламы начинают посвящать множество научных монографий. Такие известные русские богословы эмигрантской школы, как архимандрит Киприан (Керн), протопресвитер Иоанн Мейендорф, архиепископ Василий (Кривошеин), заново изучив все дошедшие до нас рукописи свт. Григория и свидетельства о нем, вернули святому славу величайшего из Отцов Церкви, яркого богослова и учителя, остающегося исключительно современным по сей день.

 

 

40 мучеников, в Севастийском озере мучившихся

 

Сорок Севастийских мучеников — воины-христиане, принявшие мученическую смерть за веру во Христа в Севастии (Малая Армения, совр. Турция) в 320 году. Военачальник Агрикола потребовал от них принесения жертвы языческим богам. Когда стало ясно, что ни уговорами, ни мучениями не сломить их дух, воинов раздетыми заставили войти в покрытую льдом озеро. Рядом растопили теплую баню, чтобы желающие отречься от Христа могли в ней согреться. К утру один из воинов побежал в баню, однако войдя туда, сразу умер. Тогда один из охранявших — Аглай — видя стойкость духа христиан, сам бросился в озеро и присоединился к мученикам. По преданию, римские воины, видя, что мученики не замерзают, перебили им голени и сожгли.

Память 40 мучеников относится к кругу наиболее чтимых праздников. В день их памяти облегчается строгость Великого Поста и совершается Литургия преждеосвященных даров.

 

 

Вернуться на главную страницу спецпроекта «Дорога к Храму»

<< К предыдущему материалуК следующему материалу >>